Валерий (настоящее имя певца) не склонен себя идеализировать. На предложение дать журналу «Хорошие родители» интервью он сперва отреагировал смехом: дескать, какой же я хороший отец, если детей своих почти не вижу. Но отказываться не стал, признался, что ему есть чем поделиться. Сын бросил институт, поэтому сейчас пойдет в армию, чтобы не бездельничал и перестал думать, что все обо всем знает… Да и к современному образованию у Валерия есть претензии (дочь – школьница)... Сын от первого брака с отцом не живет. Но из разговора стало понятно: папа включен в жизнь Темы полностью. Школа, институт, его музыкальные пристрастия ему известны. Вот с разговора о старшеньком мы и начали наше интервью.

Сын Артем

– Мои отношения со старшим трудно назвать родительскими в классическом понимании этого слова. Когда ему исполнилось двенадцать, мы стали общаться на равных, как друзья. Много забавных моментов было, особенно когда он начал взрослеть. Короче, мы могли разговаривать с ним практически на любые темы.

 А об армии ты серьезно?

– Хотел серьезно... Думал в «Барс» его отправить. Но человек в чинах, с которым я это обсуждал, спросил: «Тебе что, совсем сына не жалко?» И теперь Тема будет служить в военном оркестре. Это для него хорошая школа...во всех смыслах. Надеюсь, там у парня появится здоровый комплекс неполноценности. Поймет на практике, что такое настоящий профессионализм.

 Так Артем музыкант?

– Ну... системного музыкального образования у него нет. Научился всему понемногу: чуть-чуть на фортепьяно, на барабанах, пишет музыку интересную... Хотя в детстве у него не было ни голоса, ни слуха.

 Ты не придираешься?

 – Да какое там! Когда сын пел, мухи падали. Выдержать было невозможно. И вдруг лет в шестнадцать, совершенно неожиданно для меня, талант проявился. На сцене он чистый Роберт Плант: прыгает, кривляется, поет. Потом уже сам стал сочинять. И не только музыку. У него много текстов на английском. Вообще, языки даются ему легко. Знает немецкий, немного испанский, в отличие от меня. Я до сих пор по-англий­ски разговариваю цитатами из песен, произношение хорошее, а языком не владею. Сын же на инязе учился. Кстати, когда он решил поступать, я отвел Артема в киевский вуз, чтобы его протестировали: уровень знаний педагогов потряс...

Где сын жил все это время?

Он жил с мамой в Москве, потом в Одессе. А поступил в Винницу. Посчитал, сколько будет стоить его обучение в Киеве... Сказал, что я его через полгода возненавижу, и решил обосноваться у бабушки. Там у него отдельный флигель, где оборудована студия. Сколотил группу: три африканца и он. Работает арт-директором в клубе...

 А как он относится к перспективе послужить?

Его же согласились взять в образцово-показательный оркестр. То, что Тема еще и звукорежиссер неплохой, стало определяющим. Мы спросили: «Пойдешь?» Он согласился. А потом бац – и целевой запрос на него. Артем, естественно, перепугался: «Папа, мне повестка пришла!» «Правильно, – говорю. – Пойдешь служить. А будешь сачковать – тюрьма!» Помню, когда он институт бросил, я сказал: «В двадцать лет нужно отвечать за свои поступки. Я все, что мог, тебе дал... А сейчас мое место в зрительном зале. Теперь ты будешь мне доказывать, что знаешь, как нужно жить!..»

Вам, похоже, удалось поддерживать связь даже на расстоянии?

– Поначалу бывшая жена пыталась мешать нам встречаться, но я же понимал, что родная кровь все равно возьмет свое. Мы постоянно общались в телефонном режиме, иногда просто убегали вместе. Встретились, например, на пару часов и... отправились в круиз по Черному морю. Теминой маме приходилось мириться с этим. А когда он повзрослел, то уже сам частенько мотался ко мне. Здорово, что теперь будет служить в Киеве.

Дочь Полинка

 А дочери помогаешь? Делать уроки, например?

– До пятого класса была няня (учительница младшей школы). Сейчас девочка большая: уже не солидно. И я начал вникать в эту тему. Ужас! То, что творят с образованием! Что читают! Русский язык изучают факультативно. Лермонтов в переводе! Хорошо, что библиотека есть и понимание того, на какой литературе МОЙ ребенок должен воспитываться.

 Полина хорошо учится?

– Она в пять лет пошла в школу. Еще в саду сама себя перевела из средней группы в старшую, потому что влюбилась (ее мальчик был старше на год). Проела дырку у меня в голове: мол, там такие красивые игрушки, там лучше!.. Я пообещал поговорить с заведующей. И Полинка все организовала: отвела как-то прямо к ней в кабинет. Поэтому садик мы закончили на год раньше. В лицей дочь не хотели брать. Я попросил проверить готовность: будь у нас хоть малейшие сомнения, мы бы ее не отдали. Но все оказалось ок! Правда, пришлось ей нелегко.

Ты что-то запрещаешь детям?

Наоборот, слишком много свободы даю. И с Артемом нужно бы построже. А то в восемнадцать лет хвост распустил. С другой стороны, что Поле запрещать?..

Дочь у вас папина или мамина?

– Не знаю... Маму она побаивается. Страдает, если нечаянно наябедничает на папу. Переживает, когда мы из-за нее ссоримся. Я успокаиваю: «Ты тут ни при чем!» Я и Ксении, жене, говорю, что нельзя ругаться при детях. Ведь они могут заработать комплекс неполноценности. И еще понимаю: методики, книги... Что бы ты ни рассказывал, ребенка можно воспитать только на своем примере. 

«Когда Артем приезжает, их с Полинкой просто невозможно разнять. У них очень
хорошие отношения».